Category: ссср

Category was added automatically. Read all entries about "ссср".

помощь зала: замирение с экс-супостатом

Всеобщая радость от обратного превращения Турции из вчерашнего врага России в ее друга ставит вопрос о том, каковы механизмы замирения с экс-супостатами в общественном мнении - является ли оно не более чем продуктом действий элит или движимо более глубинными факторами. В этом плане интересен не краткосрочный эпизод с Турцией (изменение ее статуса - продукт действий элит anyway), а "прощение" Германии как агрессора Второй мировой войны в глазах жителей СССР еще до распада Советского Союза.

Если судить по anecdotal evidence и по обрывочным материалам опросов, проводившихся в 1960-е годы (см. "Четыре жизни России" Грушина), то антинемецкие настроения в отношении ФРГ в Советском Союзе в те времена были довольно сильны. Западная Германия воспринималась как реваншистская страна и преемница нацистского режима, что ложилось на личный опыт тех, кто пережил Вторую мировую войну, но подогревалось советской официальной пропагандой. Однако в начале 1970-х годов под влиянием разрядки и новой восточной политики правительства ФРГ вектор советской пропаганды сменился риторикой "мирного сосуществования". Этот поворот сопровождался и сменой поколений в СССР: те, кто не пережил Вторую мировую войну, уже не испытывали страха и ненависти к западным немцам как "фашистам". Потребительская "тихая революция" превращала ФРГ в глазах граждан позднего СССР прежде всего в страну, где производились качественные дефицитные товары, так что в этом плане отношение к ней становилось частью общего увлечения манящим и почти недоступным Западом. Предельно огрубляя, ФРГ к началу 1980-х для многих советских граждан была страной каталога "Отто", а про реваншизм все забыли. Если даже вывести за скобки те эффекты, которые на восприятие ФРГ в Советском Союзе оказывала союзническая ГДР, то не будет сильным преувеличением утверждать, что немцы в глазах советских граждан были прощены еще до того, как во времена перестройки антизападный официальный язык сменился прозападным.

А вопрос такой: каковы причины этого прощения?

(1) субъективные - отказ от агрессивной пропаганды против ФРГ;
(2) объективные - смена поколений в СССР и рост прозападных потребительских настроений (в духе тезиса о том, что СССР сокрушили джинсы и рок-н-ролл, можно сказать, что Германию простили из-за каталогов "Отто" и группы "Чингисхан");
(3) сочетание п.(1) и п.(2);
(4) что-то иное (что именно)?

Ваше мнение?

против течения: еще о "хорошем позднем СССР"

На фоне обильных ностальгических воспоминаний сверстников о "хорошем позднем СССР", где дефекты прежней системы якобы компенсировались за счет дружеских сетей, доступ к социальным благам будто бы был открыт для всех, а в повседневной жизни так и вовсе почти все вроде как было тип-топ, я ощущаю себя "белой вороной" - опыт жизни в "долгие 1970-е" вообще не оставил у меня позитивных воспоминаний: одни очереди, дефицит, низкое качество товаров и услуг и ощущение полного убожества окружающей жизни.

Пытаюсь понять, в чем отличие моих perceptions с восприятием тех, кто, подобно мне, жил во времена позднего СССР в Москве и Ленинграде (с другими городами сравнивать не следует) и вынес из своего опыта все то, что напрочь прошло мимо меня. Оговорюсь, что я априорно полагаю, что авторы этих воспоминаний (включая тех, чье благополучие через четверть века после распада СССР возросло) не лукавят, а высказывают свои позитивные оценки вполне себе искренне (как и я сам). Причин, на мой взгляд, две - социальные и индивидуальные: они не альтернативны друг другу, а взаимно дополняют.

Социальные причины связаны с тем, что ностальгические воспоминания исходят главным образом от тех, чьи семьи в иерархии позднего СССР относились к "ядру" тогдашнего среднего класса, если не к его высшим, предноменклатурным слоям - эти группы получали больше благ от государства (статус, доходы и особенно жилье) и имели гораздо больше ресурсов для участия в неформальных сетях обменов. Я рос в семье, которую можно было бы отнести к низшим слоям среднего класса (родители получили вечернее высшее образование и работали на должностях, высшего образования не требовавших), в распределении благ от государства были обделены (отца на работе начальник-антисемит вычеркивал из списков в очереди на жилье, и в конце концов ему с большим трудом удалось накопить деньги на кооперативную квартиру), и значимых ресурсов для участия в сетях обменов у них просто не было. Уровень достатка у нас был ниже, чем у многих окружающих: родители экономили на всем, и не дарили мне подарков, а в качестве таковых покупали вещи взамен тех, из которых я вырос (брат и вовсе мои вещи донашивал). Скорее всего, если бы "долгие 1970-е" продолжались еще пару десятилетий, шансов подняться по социальной лестнице у меня, как и у брата, было бы очень немного.

Индивидуальные причины связаны с тем, что многие авторы ностальгических воспоминаний в дни своей юности находились в центре социальных сетей, наслаждаясь присущим "долгим 1970-м" избытком свободного времени и извлекая максимум entertainment value из повседневного общения с окружающими, что неизбежно окрасило их память о собственном опыте в теплые тона. Я же в детстве и юности много болел и был очень глубоким аутсайдером, общавшимся в основном с книгами, а не со сверстниками, и в социальном плане не обладал сколь-нибудь значимыми активами, за исключением того, что хорошо учился (хорошая учеба, однако, мне в те времена каких-либо выгод не приносила, хотя она и оказалась своего рода инвестициями в будущее). Думаю, что если бы "долгие 1970-е" продолжались еще пару десятилетий, на персональном уровне для меня могло бы измениться не так уж и много.

"Хороший Советский Союз", то есть политико-экономический порядок, в какой-то мере похожий на советский строй, но лишенный имманентно присущих ему дефектов, на деле имеет лишь косвенное отношение к реальному опыту позднего СССР. Он был сознательно сконструирован в качестве нормативного идеала правящими группами постсоветских стран и их обслугой, которые на фоне экономического роста 2000-х годов смогли благодаря приватизации выгод и обобществлению издержек получить почти все то, чего хотели, но не могли достичь их предшественники в позднем СССР. Вместе с тем, предложение этого нормативного идеала встречает немалый спрос со стороны многих россиян (почему так происходит - тема отдельного поста). Однако я этот товар не куплю...

when was this country best off?

1171_001

Интересные данные опроса по трем странам Балтии. Времена СССР - "золотой век" в восприятии не только minorities (русских), но и немалой части литовцев, да и латышей (для них, правда, "золотой век" чаще всего - межвоенный период). А вот эстонцы (38%) чаще всего полагают, что "золотой век" для Эстонии - это настоящее время. Да и русские в Эстонии куда менее позитивны в отношении СССР, нежели русские в Латвии (там, впрочем, настоящее время воспринимается почти повсеместно со знаком минус).

Источник - J.Ekman, The Voice of the People: Public Opinion and Democracy, Baltic Worlds, March 2016, P.23

холера vs. оспа: опаснее ли Россия, чем СССР?

Примечательная полемика о том, опаснее ли нынешняя Россия, чем СССР - для самой себя и для всего мира - между Авеном и Иноземцевым. Авен утверждает, что если СССР - это "ужас-ужас-ужас", по многим параметрам, то Россия сегодня, несмотря на многочисленные и очень даже серьезные проблемы - даже и близко к этому ужасу не стояла и не движется https://slon.ru/posts/53631 Иноземцев в ответ замечает, что опасность, исходящая от сегодняшней России, хотя совершенно иная, чем та, что исходила от СССР, но от этого она страшна не менее, а гораздо более https://slon.ru/posts/53781

На мой взгляд, проблема состоит столько не в степени опасности как таковой, сколько в том, каков ее генезис и как именно ей можно противостоять. Продолжая параллели между политической и медицинской диагностикой, проведенные в недавней книге http://www.litmir.co/br/?b=213740 можно рассматривать СССР и Россию как два разных типа опасных заболеваний социального организма. СССР можно уподобить оспе - страшной и заразной болезни, которая в прошлом поражала целые народы (настолько, что не болеть оспой считалось редкостью) и влекла за собой высокую долю летальных исходов, но от которой уже довольно давно нашли лекарство и которая к настоящему времени уже сведена нет благодаря вакцинации. Сегодняшняя Россия гораздо более похожа на другую заразную болезнь - холеру с ее "фекально-оральным механизмом заражения", "водянистой диареей" etc.

220px-Cholera

Хотя холера еще в начале ХХ века выкашивала сотни тысяч людей, сегодня она не столь распространена, но отдельные ее вспышки (в том числе и с летальными исходами) случаются и по сей день - как правило, там, где больных не изолируют, а окружающие не соблюдают правил гигиены. Поэтому холера все же опаснее, чем оспа - тем более что вакцина против холеры (в отличие от вакцины против чумы) носит краткосрочный характер. Так что Иноземцев, похоже, ближе к истине, нежели Авен...

как я участвовал в распаде СССР

Ровно 22 года назад, 17 марта 1991 года, состоялся первый (и последний) референдум в истории СССР по вопросу о сохранении Союза. Параллельно с этим на территории РСФСР прошел еще и референдум об учреждении поста всенародно выбранного президента России. Как часто бывает в истории референдумов, голосование, скорее, было связано не столько с сутью вынесенных на референдумы вопросов, сколько с отношением к инициаторам референдумов - соответственно, Горбачеву и Ельцину, что и отразилось в итогах голосований.

Я проголосовал и "против" сохранения СССР, и "за" учреждение президентства России. Но позднее мне несколько раз приходилось сталкиваться с теми людьми, кто, сожалея о распаде СССР, выражал личное сожаление о собственном голосовании на том референдуме "против Союза" как о личном вкладе в этот процесс. Думаю, что на тот момент распад СССР уже был неизбежен так или иначе - примерно так же, как оформление развода супругов, которые уже фактически расстались ранее. Думаю, что референдум значимой роли в судьбе СССР сыграть не мог так или иначе. Во всяком случае, о своем вкладе в распад СССР я не жалею.

"Распад" versus "развал"

Термин "развал СССР" окончательно вытеснил из публичной речи "распад СССР" - даже "Эхо Москвы" употребляет его в новостях. Между тем, между "распадом" и "развалом" есть принципальное различие. "Распад" - это, что называется, matter of fact, то, что произошло так или иначе, и то, что надо принимать как данность, нравится сей факт кому-то или нет. "Развал" же - это результат действия злонамеренных темных сил, учинивших "величайшую геополитическую катастрофу ХХ века"; к тому же имплицитно предполагается, что "развал СССР", в отличие от "распада", можно повернуть вспять, если не в форме возврата его территории, то в виде всех остальных элементов, составлявших СССР...

До тех пор, пока "распад СССР" воспринимается общественностью как "развал", существует вероятность попыток его восстановления. Беда в том, что в карете прошлого далеко не уедешь...

Селективная память

Ко дню Победы 1-й канал ТВ показал "Освобождение". Прежде Главный-Советский-Фильм-про-Войну подвергся редактированию: эпизоды с участием со Сталина и других руководителей удалили или существенно сократили. Остались только лишь батальные сцены, Ножкин, поющий под гитару "Последний бой", и... Гитлер со своими приспешниками - короче, все, что не вызывает разногласий.
Такой поворот в оценке прошлого - от ползучей реабилитации Сталина в 1970-е годы через громкие разоблачения конца 1980-90-х к фигуре умолчания в 2000-е -
вполне вписывается в сегодняшние тенденции политики памяти. О прошлом уже не принято говорить плохо, необходим позитив, поэтому мрачные страницы истории теперь пролистываются, хотя и не вырываются. В этом же ряду, например, стоит предложение единороссов о перезахоронении в Подмосковье всех погребенных у Кремлевской стены - от Гагарина с Королевым до Суслова с Мехлисом. С глаз долой, из сердца вон. Но такая политика недальновидна - прошлое все равно мстит тем, кто хотел бы его вспоминать лишь выборочно.